Итоги следствия по Сагре. Мафия сдала «пехоту», полиция — парочку своих
Дело о нападении на уральскую деревню Сагра близится к завершению. Следственное управление Следственного комитета России по Уральскому Федеральному округу завершило расследование и предъявило обвинение 23 участникам бандитского рейда. Обвинения очень серьезные. По статьям 209, 212, 327, 119 УК РФ (бандитизм, организация и участие в массовых беспорядках, подделка документов, угроза убийством).
Доказательств набралось на сорок томов уголовного дела. Следственный комитет РФ сообщил, что «проведено 83 экспертизы, допрошено более 200 человек, осмотрено более 100 предметов и документов, имеющих значение для дела». По версии, следствия отбывающие наказание в одной из колоний Свердловской области Иван Лебедев и Кахабер Чичуа организовали банду, в которую вошли еще шесть человек: Шота Катамадзе, Артем Рабаданов, Магомед Беков, Виталий Слатимов, Кардаш Фатахов и Фаиг Мусайев.
В июне этого года жители Сагры Вячеслав и Валентина Лебедевы, поссорившись с местными жителями, позвонили в колонию своему родственнику Ивану Лебедеву и, как утверждает следствие, «попросили организовать в поселке массовые беспорядки». За «работу» пообещали щедро рассчитаться, заплатив аж 30 тысяч рублей.
Иван Лебедев тут же связался с Шотой Катамадзе, который и разработал план нападения. Бандиты обзвонили своих знакомых и собрали около 30 человек. Вооружившись обрезами, травматическим оружием, бейсбольными битами, деревянными палками, металлической арматурой на 13 автомобилях банда поехала в Сагру и, как следует из обвинительного заключения, «устроила массовые беспорядки».
Что было дальше, хорошо известно. Благодаря усилиям основателя фонда «Город без наркотиков» Евгения Ройзмана история нападения на Сагру получила даже не всероссийскую, а мировую известность. Жители деревни, давшие отпор бандитам, стали героями сотен газетных публикаций и телевизионных программ.
Анастасия Удеревская, адвокат фонда «Город без наркотиков», сообщила «Новой», что она довольна одним из итогов следствия — признанием жителей села потерпевшими по уголовному делу:
— Первоначально против них тоже были возбуждены уголовные дела. Постановлений о прекращении этих дел я пока не видела. Но ознакомилась с постановлениями о признании их потерпевшими. Не думаю, что следствие пойдет на откровенный абсурд, решив, что они одновременно и потерпевшие, и обвиняемые в том, что защитили свое село.
В то же время Удеревская недоумевает: в уголовном деле не нашел отражения истинный мотив нападения на село. Следствие так и не нашло подтверждения, что бандитский рейд был совершен из-за угрозы перекрытия одного из каналов поставки в область наркотиков.
— Эта версия долго не рассматривалась. А когда в область прибыла бригада Госнаркоконтроля, искать наркослед в деле было поздно. У воротил наркобизнеса было достаточно времени, чтобы замести следы.
Действительно, понадобился почти месяц, чтобы к делу подключился Госнаркоконтроль. И то только после того, как в СМИ были приведены веские аргументы в пользу нарковерсии.
Выводы следствия о том, что тридцать головорезов отправились на «операцию устрашения» в Сагру всего за 30 тыс. рублей, выглядят неубедительно. Более серьезные мотивы бандитского налета отражения в итогах расследования не нашли.
А фактическое признание свердловских силовиков в провале оперативной работы с агентурой, у которых под носом орудовала банда, «сдача» ряда сотрудников (включая начальника Верхнепышминского РОВД полковника Марата Халимова), против которых возбуждены уголовные дела, наводит на мысль, что следствие и не пыталось докопаться до самой очевидной версии: в Сагре находился наркосхрон, откуда наркотики небольшими партиями развозились по всей области.
Принеся в жертву бандитскую «пехоту» и нескольких сотрудников полиции, наркомафия, по всей видимости, сохранила свои позиции в Свердловской области.
